Как защитить вкладчиков государственных банков?

С момента национализации «Приватбанка» не утихают обсуждения гарантии вкладов со стороны государства. Президент не подписывает соответствующий Закон, эксперты строят догадки как выходить из этой ситуации. На этом фоне хотелось бы обратить внимание на вклады в исторически государственном «Ощадбанке», которые, если верить рекламе, защищены государством на 100%. Но так ли это на самом деле?

Как защищены вклады?

Итак, Согласно 57 статьи Закона Украины «О банках и банковской деятельности», «вклади фізичних осіб Державного ощадного банку України гарантуються державою».

Возникает вполне логичный вопрос, каким образом?

И в каком действующем законодательном акте прописан порядок так называемой государственной гарантии? Ведь реального механизма реализации этих государственных гарантий «Ощадбанка» на сегодня не существует. Их не может быть, без принятия соответствующих нормативных регулирующих актов, то есть на сегодняшний день невозможно реализовать нормы, которые определены Законом. К тому же желанная норма ЗАКОНА о госгарантиях никак не предусмотрена и не отображена в госбюджете. Да и существующая ныне система гарантирования вкладов построена на базе Фонда гарантирования вкладов физических лиц, ликвидность которого формируется из разных источников. Во-первых за счет регулярных взносов банков – участников системы гарантирования, а кроме того, за счет продажи активов банков (в процессе ликвидации банка), за счет бюджетных средств (кредитные средства Фонда).

Материал подготовлен с помощью аналитической платформы YouControl (https://youcontrol.com.ua)

Таким образом слоган банка о том, что «Усі депозити, розміщені у Ощадбанку захищені державою незалежно від суми»; а также красивая и яркая внушающая многим рядовым нашим гражданам доверие реклама из разряда «ОЩАДБАНК мій банк моя країна» – не более, чем очень хороший маркетинговый ход банка, который не имеет никакой почвы и не несет за собой гарантий защищенности вкладчиков банка На сегодняшний день объём депозитов в Ощадбанке составляет около 150 млрд грн. Если клиенты банков, которые являются участниками ФГВФЛ хотя бы четко понимают, что обращаться за гарантированной суммой нужно в Фонд гарантирования вкладов, то клиенты Ощадбанка совсем другой вопрос. Они в большей своей массе даже не понимают и наверняка никогда не задумывались, что нигде, на законодательном уровне, не прописан порядок обращения в банк, в случае его банкротства или самоликвидации.

 

Чему учит история?

Это та же картина, которую мы уже наблюдали 26 лет тому назад в случае со Сбербанком СССР, в котором украинцы тогда потеряли миллиарды своих сбережений, и до сих пор никто из пострадавших вкладчиков Сбербанка СССР не получил свои вклады. Которые, к стати говоря так же, согласно Закона СССР «О банках и банковской деятельности», гарантировались Госбанком СССР. Именно этот госорган тогда в 1991 году являлся гарантом сохранности и своевременности возврата вкладов населения.

Почему риск существует?

Поэтому исключать возможность банкротства Ощадбанка, а тем более в нынешней сложившейся экономической и политической ситуации в стране, не стоит. Банк ведет достаточно разнообразную деятельность, и участвует во многих рискованных операциях, в том числе с государственными ценными бумагами и выводом средств за пределы Украины. Все это в комплексе несет огромные риски для Ощадбанка и делают его достаточно уязвимым.

Наивно, и даже примитивно полагать, что в случае банкротства Ощадбанка, на горизонте появится огромное количество государственных структур, которые изъявят желание возместить гарантированную государством сумму в полном или даже в частичном объёме клиентам банка и примут на себя функцию так называемого «гаранта». И не только от нежелания, а и от невозможности, поскольку бюджет – то наш и так уже трещит по швам от такого количества уже ликвидированных, и находящихся в стадии ликвидации банков. Ведь вот пример. Кредит, полученный Фондом гарантирования вкладов от Министерства Финансов Украины (за счет государственного бюджета) только за 2016 год составляет 7,94 млрд грн., плюс еще и процентные расходы по обслуживанию этого долга до 2031 года составляют еще 11,78 млрд грн.  

Что делать?

На сегодняшний день существует как минимум два возможных варианта, решения данного вопроса, которые на законодательном уровне обеспечат и гарантируют вкладчикам Ощадбанка максимальную возвратность их средств.

  1. Кабинет министров Украины (в лице Министерства финансов Украины) совместно с Национальным банком Украины должны разработать и утвердить подзаконный нормативный акт, которым будет определен некий механизм действий вкладчиков Ощадбанка в случае его банкротства, в котором четко и пошагово будет прописан алгоритм защиты вкладчиков банка. При этом нужно внести поправки в бюджет Украины, поскольку объём депозитов физических и юридических лиц (по состоянию на 13.04.2017 года) составляет 151, 3 млрд грн., а это порядка 20 % от всей расходной части бюджета Украины на 2017 год.
  2. Банк должен стать участником Фонда гарантирования вкладов физических лиц, с обязательной уплатой в Фонд начального сбора в размере 1 % от своего уставного капитала, с последующим ежеквартальным перечислением регулярного сбора в Фонд, согласно Закону «Про систему гарантирования вкладов физических лиц». В этом случае, гарантии Фонда будут распространяться на клиентов банка – физических лиц, в том числе физических лиц – предпринимателей.

И конечно же, в случае, если Ощадбанк становиться участником Фонда гарантирования, в его рекламных акциях более не должен присутствовать рекламный слоган, что «Все депозиты, размещенные в Ощадбанке защищены государством независимо от суммы».

На мой взгляд, более приемлемым на сегодня является первый вариант с принятием подзаконного акта. Поскольку количество и общая сумма вкладов клиентов Ощадбанка – это практически 40 % средств клиентов в банках Украины с иностранным и частным капиталом. И в случае банкротства Ощадбанка образуется колоссальная, просто непосильная нагрузка на Фонд гарантирования вкладов физических лиц.

Банковский эксперт

Бюро общественных экспертиз «Громекс»

Максим Гапонов